yury_finkel: (Default)
[personal profile] yury_finkel


2.10. Теоретическое завершение сталинизма

После постепенного формирования организационных структур сталинской системы власти в партии, в государственном аппарате, в управлении экономикой и в общественных организациях, и после создания методов и инструментов для подавления и уничтожения всех сил, отклоняющихся от сталинской линии, не хватало лишь только одной существенной стороны: полного теоретического и идеологического пособия, в котором эта система была бы представлена как реализация ленинского плана построения социалистического общества. Оно должно было стать основой для идеологического и теоретического обучения и для обучения кадров партии и государства.

Это было необходимо для того, чтобы стереотипы мышления, действий и поведения, необходимые для функционирования системы, прочно закрепились бы в общественном сознании. Именно в этом смысле Сталин заявил в своём заключительном слове на заседании Центрального Комитета в марте 1937 года:

«Я думаю, что если бы мы смогли, если бы мы сумели наши партийные кадры снизу доверху подготовить идеологически и закалить их политически таким образом, чтобы они могли свободно ориентироваться во внутренней и международной обстановке, если бы мы сумели сделать их вполне зрелыми ленинцами, марксистами, способными решать без серьёзных ошибок вопросы руководства страной, то мы разрешили бы этим девять десятых всех наших задач»1.

Несмотря на чрезмерное преувеличение, эти слова Сталина всё же показывают, что его система власти, чтобы она могла как-то функционировать, должна была быть увенчана идеологической властью над сознанием и мышлением граждан СССР. До сих пор этому служили беспрерывные ссылки на Ленина и ленинизм, преимущественно в той форме, что по всякому случаю подыскивались подходящие цитаты из трудов Ленина и использовались для оправдания политических задач. Ленин был превращён не только в икону, но и в некую картотеку цитат, а теория ленинизма, изобретённая Сталиным и Зиновьевым, всё больше становилась легитимирующей идеологией сталинизма. Всё меньше говорилось о марксизме, Сталин делал это чаще всего только в том смысле, что каждый, хотя бы в нюансах по какому-либо вопросу имевший мнение, отклоняющееся от его собственного, грубо упрекался в том, что он ничего не понимает в марксизме. Вероятно, Бухарин был первым, кто использовал формулировку «марксистско-ленинский» и тем подготовил позднейшую формулу «марксизм-ленинизм», которую Сталин тогда перенял и использовал в качестве догматической формулы для доведения до завершения своей организационной, политической, идеологической и теоретической системы.

Чтобы достигнуть этого идеологического и теоретического завершения сталинизма, Сталин хотел иметь произведение, в котором его основные взгляды, при постоянных ссылках на Ленина, были бы представлены как руководство по истории ВКП(б). Эта история должна была отличаться главным образом двумя важнейшими пунктами: во-первых, должно было выходить, что партия большевиков была создана Лениным и Сталиным, причём Сталин должен был появляться как можно раньше как равно гениальный соратник Ленина, который вместе с ним подготовил Октябрьскую революцию и успешно привёл её к победе, после смерти Ленина преданно выполнил его завещание и, как «Ленин сегодня», вёл партию и страну к победе социализма. Во-вторых, история партии должна была быть представлена в основном как история постоянной борьбы единственно истинной и верной ленинско-большевистской линии против меньшевизма и троцкизма, против левых и правых уклонов, в которых истинные большевики, ведомые Сталиным, «разбили» и «ликвидировали» все антипартийные фракции, так как их вожаки и сторонники показали себя предателями рабочего класса и социализма, агентами буржуазии и иностранных держав, стремившимися восстановить капитализм в СССР и убить Сталина и его ближайших соратников. Вожаком и вдохновителем всех вражеских тенденций и всей уклонов в Коммунистической партии был Троцкий, прокравшийся в 1917 году в партию с намерением подменить ленинизм троцкизмом.

Эта история ВКП(б) должна была отличаться от всех прежних ещё и тем, что личности, игравшие выдающуюся роль в развитии партии, в марксистской теории и в формулировании и решении политических задач, больше не должны были упоминаться. В центре должны были стоять только Ленин и его преемник Сталин. Если же ещё упоминались отдельные имена, то тогда речь шла исключительно о «предателях» и «врагах народа», таких как Зиновьев, Каменев, Бухарин, Рыков, Томский, Пятаков, Радек и т. д., завербованных и руководимых Троцким. Они награждались самыми низкими эпитетами, вроде: «чудовища», «подлецы», «сброд», «убийцы» и т. д., чтобы о них создалось эмоционально окрашенное впечатление проклятости и отвращения. Никто не должен был даже и думать об их реальных результатах работы в истории ВКП(б).

Схема и структура будущей книги была в основном задумана Сталиным и служила руководством для работы, причём окончательная структура была передана авторам в письме Сталина только в июне 1937 года — после мартовского пленума и ареста Бухарина и Рыкова2. Но сначала был сформирован авторский коллектив, состоявший из Е. М. Ярославского, В. Г. Кнорина и П. Н. Поспелова, который позже, в сотрудничестве с большим количеством других соавторов, должен был редактировать книгу «История ВКП(б). Краткий курс».

Однако это был очень долгий и сложный процесс, начатый письмом Сталина в редакцию журнала «Пролетарская революция» несколькими годами ранее. Письмо было тогда опубликовано как статья под заголовком «О некоторых проблемах истории большевизма»3. Затем Политбюро в январе 1932 года приняло решение о создании рабочей группы. Она должна была редактировать «Историю ВКП(б)» и в неё должны были входить В. Г. Кнорин, Е. М. Ярославский и И. П. Товстуха. Редактировать книгу должны были Сталин, Каганович, Постышев, Молотов, Пятницкий, Стецкий и Адоратский, что само по себе показывает, какая большая важность придавалась этому проекту. Сначала планировался фундаментальный семитомный труд, причём основная работа должна была вестись в Институте Маркса-Энгельса под руководством Адоратского и в Институте красной профессуры под руководством Кнорина4. После того как началась работа, стало очевидно, что проект слишком обширен, поэтому Товстуха, секретарь рабочей группы, предложил Сталину сократить произведение до четырёх томов. Сталин ответил согласием и добавил: «Написать надо максимально популярно»5. В то же время отдел пропаганды ЦК ВКП(б) осуществил критическую проверку литературы по общественным наукам и соответствующих преподавателей партийных институтов, университетов и вузов для выяснения, удовлетворяют ли они требованиям, сформулированным Сталиным в своей статье. Среди книг по истории СССР это касалось главным образом изложений Кнорина, Бубнова и Ярославского, особенно этот последний должен был переделать многие фрагменты. В результате проверки примерно половина из всех заведующих кафедрами в научных учреждениях были сняты и заменены новыми. Однако и работа над четырёхтомным трудом оказалась слишком сложной, поэтому план был отменён. Теперь работа сконцентрировалась прежде всего на «Краткой истории ВКП(б)» под руководством и редакцией Кнорина. Эта книга была подготовлена в декабре 1932 года, но не опубликована. Одновременно продолжалась работа над более крупным проектом учебника истории ВКП(б).

Но убийство Кирова в декабре 1934 года и последовавшие события привели к очень большому изменению всего идеологического направления работ над историей ВКП(б). Теперь действовало указание представить эту историю главным образом как постоянную борьбу против антипартийных уклонов и оппозиционных тенденций, из-за чего прежние разработки уже не подходили. Руководитель отдела пропаганды ЦК Стецкий поэтому в марте 1935 года предложил Сталину за год подготовить двухтомный учебник по истории ВКП(б). Затем в июне 1935 года было принято новое решение Политбюро, в котором было решено создать две книги, а именно: подробное изложение для пропагандистов и вторую книгу, популярную, для широких слоёв населения. Эта популярная книга должна была писаться под руководством и редакцией Кнорина, Ярославского и Поспелова6. Но поскольку работа запаздывала, в мае 1936 было принято новое решение Политбюро: опубликовать книгу Ярославского «Конспект по истории ВКП(б). Краткий курс» в переработанной форме.

Тот факт, что все запланированные работы запоздали и не были закончены, объяснялся бурными событиями тех лет, начавшимися с террора после убийства Кирова и приведшими к Московским процессам 1936, 1937 и 1938 годов, так как вследствие этого практически вся партийная история должна была писаться заново. В особенности речь Сталина на февральско-мартовском 1937 года пленуме ЦК привела к необходимости совершенно новой периодизации.

Ярославский только что закончил порученную ему переделку своей книги и сразу после пленума представил её. Но Стецкий дал Сталину о ней отрицательный отзыв, так что она не была опубликована. Поэтому Сталин сделал новое предложение, которое Политбюро в постановлении «Об учебнике истории ВКП(б)» сформулировало так:

«Учебник тт. Кнорина, Ярославского и Поспелова предназначить для «Ленинских курсов» (секретарей райкомов). Предложить тт. Кнорину и Ярославскому переработать для «Партийных курсов» (секретарей парткомов) на основе обмена мнений свои популярные учебники по истории ВКП(б), придав им более популярный характер»7.

Это постановление вскоре было заменено новым, от 28 июня 1937 года, в котором уже только Ярославскому и Поспелову поручалось создание популярной книги, так как Кнорин 22 июня был арестован.

Сразу после этого Ярославский передал рукописи переработанной книги Сталину и Жданову, заявив при этом, что текст принадлежит только ему и в нём нет ничего от Кнорина. Рукопись была напечатана малым тиражом в качестве дискуссионного материала.

В августе Стецкий дал отрицательный отзыв о книге Сталину и Жданову, что привело к спору с Ярославским, который защищал себя от упрёков Стецкого. В письме Сталину он писал:

«Может получиться впечатление, будто я и в самом деле не показал, что вся работа тов. Сталина является продолжением, развитием дела Ленина (и не только работа т. Сталина после смерти Ленина). У меня вся книга, начиная с первой до последней строки, проникнута этой основной идеей: товарищ же Стецкий неправильно сводит всё к одной главке, которая у меня начинается с того, что „после смерти Ленина все важнейшие вопросы теории и практики марксизма-ленинизма разрабатывались тов. Сталиным“»8.

Затем в сентябре произошла беседа Сталина, Жданова и Ярославского, на которой было решено, что Ярославский сократит текст и частично переработает его, причём после ареста Кнорина ему будет помогать только Поспелов, бывший тогда заместителем Стецкого на посту заведующего отделом пропаганды ЦК. Поспелов предложил план по сокращению и переработке рукописи и привлёк к помощи ещё нескольких сотрудников. При этом бо́льшая часть глав была написана заново, а остальные переработаны. Новая рукопись была готова в конце января 1938 года, но к тому времени она уже была не актуальна, так как на пленуме ЦК в феврале-марте 1937 года Бухарин и Рыков были арестованы, и уже было опубликовано обвинение и объявлен процесс. Так что дальнейшие правки были неизбежны, из-за чего Сталин написал вышеупомянутую окончательную структуру книги, а Молотов провел об этом беседу с Поспеловым, чтобы инструктировать его.

Тогда же Поспелов получил от Сталина соответствующий текст, в котором было сказано, что все оппозиционные течения в партии, троцкисты, правые (Бухарин — Рыков) и др. «в ходе борьбы стали врагами народа и агентами (шпионами) иностранных разведок»9. Для соответствующих правок и вставок Жданов и Поспелов передали Сталину готовую рукопись под названием «История ВКП(б). Краткий курс. Под ред. Ем. Ярославского и П. Поспелова. Одобрен комиссией ЦК ВКП(б) для партийных и ленинских курсов, а также для комсомольских организаций».

Сталин прочёл текст, но и эта версия его ещё не удовлетворила, особенно ему не понравился конец. Поэтому Жданов поручил Поспелову написать новую заключительную главу, в которой бы подчёркивалась связь партии с народом. После того как Поспелов завершил эту работу, она вновь была представлена Сталину под тем же названием. Но он посчитал, что текст в этой форме ещё не годится для публикации. Поэтому он взял дело в свои руки и начал редакторскую переработку текста, которая длилась с июня по август 1938 года. После этого все члены и кандидаты Политбюро получили текст с требованием прокомментировать его. Большинство не дало никаких замечаний, кроме хвалебных слов.

Важное изменение, которое до тех пор не планировалось, состояло во вставке в 4 главу раздела под названием «О диалектическом и историческом материализме». Идея вставить в книгу довольно длинный раздел о философских основаниях марксизма-ленинизма совершенно не появлялась до этого в совещаниях и обсуждениях; эта идея пришла Сталину только при его последней редакторской переработке. Из-за чего произошла эта важная правка, из архивных документов неясно. Но можно предположить, что Сталин хотел придать теоретический хребет историческому изложению. Так он создал вокруг некоторых произведений Ленина некий теоретический план построения партии. Произведение «Что делать?» было для него «идеологическим основанием» партии, работа «Шаг вперёд, два шага назад» — «организационным основанием», работа «Две тактики социал-демократии в демократической революции» — «тактическим основанием», а книга «Материализм и эмпириокритицизм» — «теоретическим основанием» партии.

Этот догматический схематизм представил историю ВКП(б) как систематическое осуществление плана, и одновременно она должна была быть своего рода «энциклопедией сталинизма». Но при этом возникла проблема, куда в этой схеме поместить раздел «О диалектическом и историческом материализме».

Решение, которое нашёл Сталин, состояло в том, чтобы вставить этот раздел о философских основаниях партии в главу 4, так как в ней рассматривался период организационного размежевания большевиков от меньшевиков, который в «Кратком курсе» был связан с усиленной борьбой Ленина против ревизионизма в РСДРП. Книга Ленина «Материализм и эмпириокритицизм» была как раз посвящена спору с «философским ревизионизмом», и поэтому тут можно было сделать какую-то тематическую связь. Можно заметить в скобках, что теперешняя внеисторическая абсолютизация этой ленинской книги Сталиным находилась в странном противоречии с его собственной более отрицательной оценкой во время её появления. В то время Сталин имел не слишком высокое мнение об этой книге, что было связано и с его уровнем философского образования.

В архивных материалах, по которым можно реконструировать историю текста, нет данных, которые могли бы прояснить возникновение этого раздела, а также неясно, использовал ли Сталин для неё помощь философа. Единственным указанием являются его замечания и подчёркивания в книге «Диалектический материализм», вышедшей в 1934 году под руководством и редакцией М. Б. Митина. Это изложение марксистской философии появилось после дискуссии со школой Деборина, в которую в начале 1930-х годов Сталин вмешался лично. Он осудил философские взгляды Деборина и других философов Института красной профессуры, таких как Стен, Карев, Луппол и др., как «меньшевиствующий идеализм». При этом он опирался на ряд выпускников и молодых сотрудников института, дав им инструкцию искоренить этот «ревизионистский» уклон и представить диалектический и исторический материализм так, чтобы его тезисы могли найти прямое практическое применение в политической борьбе.

Особенно активно в этом духе выступили Митин, Юдин, Ральцевич и Константинов, вскоре начавшие играть ведущую роль в советской философии. При этом Митин продвинулся до главного идеолога «философского фронта», который теперь навязывал новую линию, что происходило не только с помощью аргументов в публикациях, но и с помощью репрессий, в ходе которых большинство обвинённых в «антиленинском меньшевиствующем идеализме» было арестовано и расстреляно. По инструкциям и указаниям Сталина в начале 1930-х годов под руководством и редакцией Митина была написана и издана книга «Диалектический материализм». Можно с уверенностью предположить, что Сталин при написании раздела «Краткого курса» «О диалектическом и историческом материализме» по большей частью опирался на эту работу, но привлекал ли он при этом самого Митина, из архивных материалов установить нельзя10.

В отношении точного названия книги, а также имён авторов или редакторов, Сталин после завершения своей редакции сделал несколько предложений. В августе 1938, когда работа подходила к концу, он предложил, чтобы книга называлась «История ВКП(б) — Краткий курс. Под редакцией А. Жданова, Е. Ярославского и П. Поспелова. Одобрено комиссией Центрального Комитета». Имя Жданова (как секретарь ЦК он отвечал за идеологию), очевидно, должно было подчеркнуть официальный характер произведения, хотя он фактически не принимал в нём никакого участия.

Однако в конце концов Сталин решил опубликовать книгу без имён авторов или редакторов.

Раздел «О диалектическом и историческом материализме» в сентябре 1938 года был впервые опубликован в «Правде» как произведение Сталина, и затем был издан отдельной брошюрой уже с его именем как автора, а «Краткий курс» без имён авторов также вышел в сентябре 1938 года в выпусках «Правды» с продолжениями, и содержал лишь пометку «Под редакцией комиссии ЦК ВКП(б)». Вскоре он был издан в книжной форме большим тиражом. Однако через год, в первом издании биографии Сталина, написанной авторским коллективом, в котором тоже принимали участие Митин и Поспелов, «Краткий курс» был упомянут как произведение Сталина, а в проспекте издания произведений Сталина в 1946 году «История ВКП(б). Краткий курс» появляется как 15-й том его сочинений.

В сентябре 1952 года в «Правде» по случаю 14 годовщины выхода «Краткого курса» вышла большая статья главного редактора Л. Ф. Ильичёва, в которой книга превозносилась как «гениальная работа Сталина» и большой вклад в творческое развитие марксизма-ленинизма.

Кажется, Сталин некоторое время колебался, присвоить ли авторство себе одному или оставить книгу анонимной. Видимо, он тогда всё-таки решил поставить своё имя как единственного автора, чтобы подчеркнуть важность произведения для теоретического и идеологического образования кадров и, возможно, чтобы предотвратить слухи и предположения о настоящих авторах. Это тем более вероятно, что один из авторов, член ЦК В. Г. Кнорин, незадолго до окончания работы был арестован как «враг народа» и к тому времени уже расстрелян, в то время как два других автора остались нетронутыми.

Причина ареста Кнорина не ясна, он был расстрелян вместе с «троцкистско-зиновьевской» группой 17-и, якобы руководимой Пятаковым, хотя о связях Кнорина с Пятаковым ничего не было известно. Может быть, при написании текста он пытался защищаться от ужасающих фальсификаций истории, так как он был одним из старых большевиков, бывших в партии ещё задолго до Октябрьской революции и знавших её настоящую историю. Заведующий отделом пропаганды Центрального Комитета А. И. Стецкий, сыгравший важную роль при подготовке книги своими отзывами о черновиках для Сталина, тоже не дожил до выхода книги, так как он также был арестован в 1937 году и расстрелян в 1938 году, вероятно потому, что он считался сторонником Бухарина.

Выход «Краткого курса» был большим событием, которое отмечалось на самых верхах. Уже 10 октября 1938 года состоялось расширенное заседание Политбюро по вопросам партийной пропаганды в связи с появлением «Краткого курса истории ВКП(б)», в котором приняли участие также пропагандисты. Секретарь ЦК А. А. Жданов сделал вводный доклад, однако во время совещания Сталин взял слово для подробного разъяснения важности «Краткого курса» для будущего идеологического просвещения не только партийных кадров, но и кадров в самом широком смысле, в государственном аппарате, в экономике, культуре, науке, в армии.

Он сначала подверг критике два упущения прежней пропаганды, а именно разделение устной пропаганды в кружках и письменной пропаганды в газетах, журналах и брошюрах, а кроме того — разделение марксизма и ленинизма, разделение таких предметов, как история партии, исторический материализм или политическая экономия. «Краткий курс» прекратит это, так как теперь письменная пропаганда, то есть изучение этого произведения, будет рассматриваться как главная форма пропаганды, в то время как устная пропаганда в маленьких кружках будет иметь подчинённую роль, поучал Сталин. Но ещё важнее, считал он, что в этом произведении марксизм и ленинизм объединены и одновременно связаны с историей партии.

«Краткий курс истории представляет собой совершенно другой тип истории партии. Собственно, история партии тут взята как иллюстрационный материал для изложения в связном виде основных идей марксизма-ленинизма. Исторический материал служит служебным материалом. Правильнее было бы сказать, что это есть краткое изложение истории, демонстрированное фактами, причем не фактами выдуманными, а историческими, которые должны быть всем известны. Это и есть курс истории партии. Это курс истории не обычный. Это курс истории с уклоном в сторону теоретических вопросов, в сторону изучения законов исторического развития»11.

Нельзя, конечно, сказать, что тут царит большая ясность мысли, но из сказанного ясно видно, что история партии в этой книге — не реальная история, а преимущественно история произвольно интерпретированная. Далее Сталин в своём выступлении рассмотрел место философии в этой книге.

«Мы не только марксизм от ленинизма отделили в практике преподавания, мы отделили от марксизма-ленинизма исторический материализм и преподаём его как особую дисциплину. Нельзя Маркса понять, не имея понятия, правильного понятия о диалектическом материализме. То, что появилась IV глава «Краткого курса», это ведь не случайно. Мы хотели эти расщепившиеся части соединить».

Он считал, что раньше при изучении марксизма брались прежде всего за Плеханова для изучения диалектического материализма, ещё не зная Ленина, а потом пытались читать такие первоисточники, как «Коммунистический манифест». Но это чрезвычайно трудно, так как для этого нужно было работать над теорией. Потом переходили к политике.

«Политика сама вытекала из диалектического материализма, из изучения произведений Маркса и Энгельса. […] Вот, чтобы наши пропагандисты знали научный марксизм, они должны соединить диалектический материализм с историческим материализмом, который является логическим выводом из диалектического материализма. Только потом можно изучить и понять то новое, что дано Лениным. «Краткий курс истории ВКП(б)» задался целью все эти расщеплённые части соединить»12.

Здесь вновь видна склонная к скорым выводам модель мышления Сталина: из диалектического материализма следует политика, а исторический материализм является логическим выводом из диалектического материализма. И то и это представляет собой схематичное мышление, которое не имеет ничего общего с марксистской философией.

Затем Сталин коснулся вопроса, почему в «Кратком курсе» очень мало упоминаются личности. Это обычно делалось в прежних работах по истории партии, но «ЦК», то есть Сталин, считал этот метод неудовлетворительным, поскольку он не имеет воспитательного эффекта.

«Именно поэтому в Кратком курсе истории о лицах говорится мало, именно поэтому весь материал расположен по узловым пунктам развития нашей партии, по узловым пунктам развития идей марксизма-ленинизма. Это больше воспитывает людей, это создает меньше интереса к отдельным лицам и вождям, это больше способствует выработке сознания для того, чтобы стать настоящим марксистом-ленинцем»13.

Это достаточно ясно: настоящим марксистом-ленинцем становятся не путём изучения реальной истории и действовавших в ней личностей, а изучением того, как Ленин и Сталин на узловых пунктах истории разбивали антипартийные уклоны.

Затем Сталин обсудил вопрос, кому предназначена книга, и повторил ответ, уже данный Ждановым.

«К кому обращена книга? К кадрам, к нашим кадрам. А что такое кадры? Кадры — это командный состав, низший, средний и высший командный состав всего нашего государственного аппарата, включая сюда и хозяйство, и кооперацию, и торговлю, и промышленность, культуру, врачебное дело, вообще всё, чем государство живёт и на основании чего государство руководит народным хозяйством и народом»14.

Он высказался против распространённой привычки понимать под «кадрами» только или преимущественно партийные кадры и спросил, что же остальные, которых обычно называют «служащие»? «А между тем без этих служащих, без этой интеллигенции, без людей, которые живут интеллектом, — государство существовать не может. Ни один класс не может удержать власть и руководить государством, если он не сумеет создать своей собственной интеллигенции, то есть людей, которые отошли от физического труда и живут умственным трудом»15.

Новая советская интеллигенция, происходящая из рядов рабочего класса, крестьянства, а также из мелкобуржуазной интеллигенции, состоит на девять десятых из молодых людей. Их работа необходима, без них невозможно никакое управление, потому что инструкции и директивы, которые приходят из Москвы, нужно реализовывать, применять и выполнять. «Так вот, на эти кадры, на кадры нашей интеллигенции, мы прежде всего и рассчитываем, к ним обращаемся в нашей книге»16. В конце своего выступления Сталин призвал пропагандистов, которые занимаются «обработкой голов других людей», обратить большое внимание на служащих и учащихся, так как они завтра будут командным составом государства, экономики, культуры и будут управлять страной.

Это мероприятие, и в частности выступление Сталина, особенно интересно с точки зрения развития сталинской системы власти. На фоне огромных общественных преобразований, которые превратили Советский Союз из отсталой аграрной страны в мощную индустриальную державу, многие сотни тысяч молодых людей из всех общественных слоёв получили большие возможности для продвижения в обществе. Тем более, что из-за волны террора многие должности и посты в партии и государственном аппарате были вакантны. Хотя новое поколение кадров в университетах и институтах получило специальное образование и было обеспечено скромными основными сведениями о марксизме, однако ему не хватало политического опыта и глубоких теоретических знаний для сознательного выполнения обязанностей на ответственных постах и должностях в духе сталинской системы и советской модели социализма. Старое поколение руководителей большевиков из дореволюционного времени, из времён революции и гражданской войны, было по большей части снято с постов или вообще уничтожено, а волна террора с 1936 по 1938 год ликвидировала большую часть и второго поколения большевистского руководящего слоя. Средний возраст большинства тех, кто сейчас занял посты и должности, едва ли достигал 35 лет, они не знали историю партии и едва ли имели какое-то отношение к традициям старых большевиков и их привычкам. Они очень быстро интегрировались в высший общественный слой, который был главной общественной базой сталинской системы, получали от него различные привилегии, и таким образом стали по большей части верными, нерассуждающими и послушными приверженцами Сталина.

Этот процесс теперь должен был быть увенчан полным идеологическим доминированием сталинизма в обществе. «Краткий курс» с этих пор стал основой, а также мерилом теоретических знаний марксизма в Советском Союзе, и это означало, что новые советские кадры по сути знакомились лишь с искажённым и отчасти деформированным марксизмом в форме «марксизма-ленинизма», состряпанного Сталиным. Только за десять лет с 1938 по 1948 год в Советском Союзе было напечатано тридцать миллионов экземпляров «Краткого курса»17.

Тираж сочинений Сталина в десять раз превысил тираж произведений Маркса и Энгельса и в два раза тираж сочинений Ленина18. Миллионы людей читали и штудировали эту книгу и были образованы и воспитаны в её духе. Это объясняет, почему после смерти Сталина и после XX съезда ВКП(б) не только в руководящей верхушке партии, но и в большой части кадров среднего и нижнего звена существовало сильное сопротивление последовательной десталинизации. Это сопротивление, конечно, отчасти объяснимо и поведением Хрущёва, который сделал Сталина единственным козлом отпущения. При идеологическом состоянии огромного большинства функционеров это должно было вызвать непонимание и возмущение.


1И. В. Сталин. О недостатках партийной работы и мерах ликвидации троцкистских и иных двурушников: Доклад на Пленуме ЦК ВКП(б) 3 марта 1937 года. Сочинения, т. 14, стр. 170.
2И. В. Сталин. Об учебнике истории ВКП(б): Письмо составителям учебника истории ВКП(б). Сочинения, т. 14, стр. 209–212.
3И. В. Сталин. О некоторых проблемах истории большевизма: Письмо в редакцию журнала «Пролетарская революция». Сочинения, т. 13, стр. 84–102.
4«Краткий курс истории ВКП(б)». Текст и его история: в 2 ч. Сост. М. В. Зеленов, Д. Бранденбергер. — М., 2014. Т. 1, стр. 4.
5Там же, стр. 5.
6Там же, стр. 7.
7Там же, стр. 8.
8Там же, стр. 9.
9Там же, стр. 11.
10Там же, стр. 13. Митин лично сказал мне в беседе на эту тему, что автором раздела «О диалектическом и историческом материализме» был он. Из-за больших совпадений между его книгой «Диалектический материализм» и раздела «О диалектическом и историческом материализме» в 4 главе «Краткого курса истории ВКП(б)» я считаю это утверждение заслуживающим доверия. Однако тот факт, что в архивных материалах не находится никаких указаний на это, подвергает сомнению утверждение Митина. Возможно, Митин считал себя вправе сказать это, так как книга «Диалектический материализм» очевидно стала основой для редактирования текста. Однако существуют определённые совпадения и с некоторыми частями более ранней работы Сталина «Анархизм и социализм». Возможно, в архивах ещё найдутся дополнительные указания, так как трудно предположить, что Сталин всё-таки написал этот раздел сам, при том, что остальные части исходили от других авторов, а Сталин лишь сильно повлиял на текст своими инструкциями и указаниями, а также своим личным редактированием.
11И. В. Сталин. Выступление на заседании Политбюро ЦК ВКП(б) по вопросам партийной пропаганды в связи с выходом «Краткого курса истории ВКП(б)» 10 октября 1938 года. Сочинения, т. 18, стр. 160.
12Там же, стр. 162.
13Там же, стр. 163.
14Там же.
15Там же, стр. 164.
16Там же.
17См. Рой Медведев. К суду истории.
18Там же.